– Впервые я увидел вас в России, когда вы приехали на премьеру картины «Джей Эф Кей»…– Я был очень рад возможности встретиться с ветеранами Второй мировой войны. Их присутствие придало мероприятию некую патетическую театральность. Премьера тогда получилась особенной. Мне кажется, картина была очень хорошо встречена и хорошо понята в России. Такие понятия, как «убийство», «политическое убийство», «закулисные интриги», не чужды русскому менталитету.
– Однажды вы рассказывали о картине «Прирожденные убийцы» и назвали ее комедией. Чехов тоже называл свои пьесы комедиями. Но ни одному режиссеру не удалось поставить их как комедии. Есть ли здесь какая-то параллель?– Мне всегда было сложно провести грань между комедией и серьезной постановкой. Я не мыслю параметрами категорий. Обычно подобные оценки дают кинокритики – люди, у которых есть потребность раскладывать все по полочкам. Жизнь – это сложное переплетение трагедии, драмы и комедии. Смешного и трагического. В драматическом сюжете, как правило, герой чему-то учится. В комедии – нет. Так меня учили отличать комедию. Кстати, я никогда не называл фильм «Прирожденные убийцы» комедией. Я назвал его сатирой. Сатира – это смех над собой. Нужно уметь смеяться над собой, чтобы увидеть наше общество в том гротескном масштабе, в каком я показал его на экране.
– В американском кино есть прекрасная традиция – неизменный счастливый конец. Однако ваши картины не подпадают под это правило…– Счастливые финалы приносят кассовые сборы. Это факт. Двадцать пять процентов зрителей хотят увидеть счастливый конец. Иначе они не удовлетворены. Да они просто не пойдут в кинотеатр, если не уверены в хорошем исходе сюжета. Американцы – как страусы, при первой опасности норовят зарыть голову в песок. Они хотят в кино уходить от реальности. Впрочем, как и большинство людей. Мне и самому нравятся счастливые финалы. Но я готов воспринять и трагический финал. Или трагикомический финал. Он тоже имеет право на существование.
– Российский режиссер Абрам Роом как-то сказал: «Идея картины видна не на экране, а между кадрами». Что вы на это скажете?– Это старая истина. В ней – вся философия кинематографа. Кино – это своеобразный медиум. Мы все играем в эту игру до самого конца и думаем, что всё понимаем. А оно играет с нами злую шутку. Происходит обратная связь. Вот написан замечательный диалог, сцена прекрасно выписана на бумаге, режиссер снимает – и все волшебство куда-то улетучивается. И, наоборот, на бумаге – ничего особенного, а на экране происходит чудо. Откуда берется это чудо? Где та точка, в которую бьет молния? В чем загадка? Иногда – это жест актера. Или неуловимый подтекст, или взгляд, которым, как тебе кажется, он хочет выразить что-то особенное. Это все в твоем воображении – субъективное восприятие каждого зрителя. Так что здесь играет роль сочетание множества таинственных факторов. И, честно говоря, никто до сих пор не смог объяснить, как это все срабатывает.
ИЗБРАННАЯ ФИЛЬМОГРАФИЯ
«Александр» /Alexander (2004)
«Джей-Эф-Кэй» (Джон Фицджеральд Кеннеди) / JFK (2003)
«Никсон» / Nixon (1996)
«Прирожденные убийцы» / Natural Born Killers (1994)
The DOORS (1991)
«Рожденный четвертого июля» / Born on the Fourth of July (1989)
«Уолл-Стрит» / Wall Street (1987)
«Взвод» / Platoon (1986)
|
версия для печати
